Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Фестиваль "Дягилев P.S." Modanse Светланы Захаровой

20-21 октября 

Александринский театр


Программа Светланы Захаровой — единственный театральный перформанс фестиваля этого года. Результат сокращения финансирования, о котором говорили в прошлом году (нет чтобы Dance Open'у финансирование сократить — но где уж, для тех балет давно стал факультативным занятием, а главным — обслуживание городской администрации) и результат пандемии. Несмотря на это, Дягилев P.S. не разменивается на мелочи, а радует Петербург одной, но значительной программой. 

В первом отделении шел балет Мауро Бигонцетти «Как дыхание» на музыку Генделя. Довольно пустой, но очень профессиональный. Пока смотрел, ловил себя на мысли: то ли все современные итальянские хореографы учились в одной школе, то ли Мауро Бигонцетти и Мауро Астолфи (которого я смотрел 8 лет назад) — это один и тот же Мауро. Одно отличие: тогда на сцене Консерватории танцевали плохие итальянские танцовщики, теперь на сцене Александринки танцуют лучшие силы Большого. Не только Захарова, которая сама по себе искусство, но и Вячеслав Лопатин, Якопо Тисси, Денис Савин, Анастасия Сташкевич. С такими солистами даже плохой балет становится балетом на твердую тройку. 

Collapse )

"Безприданница" Дмитрия Крымова

Школа драматического искусства на сцене Театра «Балтийский дом»

20 октября

Фестиваль «Балтийский дом»


И это у нас называют искусством! 

Внутренняя гниль этой постановки ощущается еще до начала спектакля. Любят наши режиссеры написать заглавие в старой орфографии — и думать, что открыли Америку. Этот спектакль — не исключение. 

Знаменитая пьеса Островского поставлена Дмитрием Крымовым в стиле Камеди-клаба. Шутки и каламбуры определенного стиля с ограниченным набором интонаций; переходы от текста пьесы к современным речевым шаблонам и обратно; постоянное использование формалистского «как сделано» не столько для сценической рефлексии, сколько для зощенковского приема наложения низкого на высокое; композиционное мышление отдельными маленькими сценками (соединение их с соседними не всегда проходит удачно), нагнетание истерии и доведение изначальной ситуации до абсурда (очень заметно в монологе Ларисы, обращенной к Паратову) — ничего больше в спектакле нет. Пародия интересна, когда она порождает новые смыслы, когда же пародия создает лишь желание «поржать» — она скучна.  

Местами удивляешься, почему Паратова играет не Семен Слепаков (вариант: Бульдог Харламов), а Ларису не Наталья Андреевна из Камеди-уимен. Кстати, интонирует актриса очень на нее похоже. 

Что же скажешь о таком спектакле? Ну — прикольно. 

Collapse )

Тридцатый фестиваль "Балтийский дом". Открытие. Онегин-блюз.

1 октября

Фестиваль «Балтийский дом» смог начаться в крайне непростых условиях. Европейских участников (главная притягательная сила фестиваля) в этом году совсем нет: они показывают спектакли по видеосвязи. Основную программу заполнили российские театры: москвичи и Коляда-центр из Екатеринбурга. Понятно, что в ситуации полной неопределенности программа может меняться даже во время фестиваля — так, спектакль 5 октября уже заменен. 

Специально для студентов и всех желающих: видеопоказы бесплатны, требуется регистрация в группе Балтийского дома во Вконтакте. 

Церемония открытия традиционно начиналась еще на ступеньках: играл оркестр, девушки с зонтиками (в этом году зонтики а ля Мэри Поппинс — надо думать, главный атрибут фестиваля) танцевали, было весело и мило. 

Collapse )

"Звезды" продолжаются. Историческая сцена открыта. "Риголетто" с Ольгой Перетятько

1 августа

Этот спектакль анонсировали так: несмотря на пандемию, на сцену Мариинки вновь выходят звезды мировой оперы. Петербурженка (в прошлом) Ольга Перетятько, наверное, до сих пор сохраняет российское гражданство — поэтому въезд в Россию во время пандемии ей по закону разрешен. На исторической сцене, вновь открытой, действительно был аншлаг — в коронавирусном варианте.  Это значит, что занята половина мест (шахматная рассадка), ни одного человека стоя. Видел в партере парочку завсегдатаев-«халявщиков» (эти люди проходят бесплатно, через своих контролеров), их немного погоняли — потому что сидеть можно не на каждом месте — но несколько свободных мест и они нашли.  

Наш анонс, к сожалению, оправдался. Перетятько поет Джильду много проще Альбины Шагимуратовой. Минимум украшений, местами грамотно прикрытый звук, местами напряжение на пути вверх — получится-не получится. Если не считать восторженной девочки с горящими глазами в первом действии, актерской работы почти нет — все забирают мысли о вокале. Но в целом очень прилично. Лучше всего начало с дуэтами и арией «Гвальтер Мальде», хуже всего — буря. Можно было бы предположить, что маэстро по договоренности глушил ее в последней сцене (петь без антракта эту сложную партию, конечно, тяжело), если не знать, что буря в третьем акте у нас грохочет всегда. 

Collapse )

Вечер балетов Алексея Ратманского (открытие фестиваля "Мариинский") - Диана Вишнева и остальные

11 марта

Мариинский театр


Фестиваль открывается вечером хореографии Ратманского — безусловно, крупнейшего российского хореографа современности. И хотя в программе нет ни одной премьеры (она случится ближе к концу фестиваля; причем это будет только один одноактный балет, два других балета повторят из программы открытия), вечер подготовили серьезно. 

Балет «Лунный Пьеро», поставленный Ратманским в 2009 году для Дианы Вишневой, проработали с другим составом исполнителей. Бывшую партию Вишневой танцевала Рената Шакирова — и хотя она очень старалась, партия ей не совсем удалась. У Ренаты получилась игривая девушка, флиртующая с тремя молодыми людьми. И не получилось гениальной стилизации блоковской культуры, которую тонко чувствовала Диана: не чувство, а тень чувства; не Пьеро, а его лунное отражение; не всамделишность, а символистская остраненность.  

Collapse )

Матс Эк и Ана Лагуна на фестивале "Дягилев P.S."

1 декабря

Детский театр танца Бориса Эйфмана


Фестиваль «Дягилев P.S.» все-таки познакомил петербургского зрителя с Матсом Эком — главным балетным хулиганом конца 20 века и живой легендой века 21-го, одним из самых выдающихся хореографов последнего полувека. Матса Эка ожидали на прошлый фестиваль, но тогда приехала только Ана Лагуна — получить приз «Удиви меня!». В этот раз они оба вышли на сцену Детского театра танца. 

Первым номером в исполнении Эка и Лагуны  был показан краткий балет «Память» (2005), кажущийся ремейком знаменитой «Квартиры» (2000 — для Парижской оперы; в 2013 г. поставлена в Большом), но перенесенной в будущее. Это балет о стареющих любовниках, вспоминающих свое прежнее. Вариант: о любовниках, которые никак не могли встретиться, и только в старости наверстывающих упущенное. С «Квартирой» этот балет роднит существенная роль мебели, которая то появляется, то уносится со сцены. Очень яркий и глубокий спектакль, иронически обыгрывающий некоторые прежние экспрессионистские фишки Эка. Кажется, «Память» никогда не показывали в России. Так что это большой успех Дягилевского фестиваля. 

В качестве интермедии показали номер Алексея Мирошниченко (на музыку Леонида Десятникова) «В сторону лебедя» в исполнении Олеси Новиковой и Александра Сергеева. Наверное, самый удачный опус Мирошниченко из тех, что я видел, сильно проигрывал голливудской литературностью стилистике Эка. 

Collapse )

Балетный спектакль "Идиот" из Японии

27 ноября

Компания KARAS на сцене ТЮЗа им. Брянцева

Фестиваль «Дягилев P.S.»

Известнейший японский танцовщик и хореограф Сабуро Тешигавара вместе с танцовщицей Рихоко Сато привез в Петербург балет, навеянный чтением Достоевского. Танец в европейском понимании (а Тешигавара ставил для крупнейших балетных сцен Европы — Франкфуртского балета Форсайта,  NDT, Парижской оперы) соединяется в этом спектакле с японским буто, и получается что-то уникальное. 

Особо интересно смотреть на танец самого мастера (его партнерша с весьма однообразными взмахами рук пытается быть экспрессивной, но это явно не Наталья Макарова). Минималистический танец зачина, состоящий из мелких шажков со слегка наклоненным вперед корпусом и удивительная мимика грустного клоуна, когда он пытается пригласить танцующую мимо него даму, сменяется движениями гальванизированного мертвеца (в соединении с мертвой маской лица производит сильное впечатление), переходящими в традиционное балетное вальсирование. Отдельным номером становится превращение кистей рук в двух кидающихся на человека тарантулов, не менее интересен номер с раздеванием и последующей борьбой с собственным пиджаком. Достоевского в этом балете не так уж и много — или это очень японский Достоевский, пропущенный через философию буто. Разве что мертвая партнерша, лежащая поперек сцены в финале, напоминает о сюжете романа. Но трагедийность бытия в этом танцевальном шоу очень ощущается. 

Collapse )

Pure Dance, спектакль Натальи Осиповой

на сцене БДТ

Фестиваль Дягилев P.S.


Хэдлайнер фестиваля —  спектакль Натальи Осиповой, ярчайшей балерины современности, тесно связанной с нашим городом в течение нескольких лет, но практически не посещающей Петербург после ухода в Лондон. 

Спектакль состоит из семи миниатюр, шесть из них исполняет Осипова — одну соло, пять других в дуэтах с Дэвидом Холлбергом и Джейсоном Киттельбергом; одну из миниатюр танцует Холлберг соло. Хореография очень разная, но имеющая одну стилистическую доминанту (не выходящая за пределы бале модерн — и тем самым очень подходящая Дягилевскому фестивалю). Не скажу, что она всегда интересна, но при этом и откровенно скучных кусков почти нет.  Интереснее всех, конечно, Ратманский («Грустный вальс»). На втором месте, пожалуй, динамичная хореография Киттельберга («Оставленные позади») — короткий опус с дверью на сцене, исполнялся вторым номером. 

От этих небольших открывков, наверное, не стоит ждать откровений. Те, кто привык видеть блистательную Осипову в «Дон Кихоте» или «Сильфиде», могут заскучать. Особенно в тех кусочках, где нужна лирика: она Наталье по-прежнему дается не всегда. Но, тем не менее, хочется танцевать не только большие балеты и рвать страсти, хочется и «про жизнь». Знаменитую балерину, которая пробует себя в микрожанре, очень можно понять. 

Collapse )

Открытие фестиваля "Дягилев P.S.". Посвящение Нижинскому

14 ноября

Балет Монте-Карло на сцене Театра Балтийский дом


Четыре балета «Русских сезонов» Дягилева, связанных с именем первого исполнителя — Вацлава Нижинского, составили программу балета Монте-Карло. 

Первым номером шел «Дафнис и Хлоя»в хореографии Жана-Кристофа Майо. Как обычно у этого большого хореографа, тонкость хореографических решений эротического танца (два па-де-де перетекают в одно па-де-катр) соединена с серьезной литературной и художественной культурой. Танец взаимодействует с линиями тел, которые некий художник выводит на белой стене декорации, и с символическими значениями русского Серебряного века (вторая пара: Доркон и Ликэнион — появляются на сцене крадучись, каждый с несколькими ликами, соединяя в себе героев романа Лонга, влюбленных соответственно в Дафниса и Хлою, и мифологических существ вроде Пана и нимфы, участвовавших в первой версии балета, созданной Михаилом Фокиным). Танцы двух пар протекают как бы в двух измерениях — людском и божественном; боги вмешиваются в жизнь людей, но терпят фиаско перед силой человеческой любви. Майо удалось передать настоящий античный дух, балет получился конгениальным фокинскому. 

Collapse )

Чайная

2 октября

Студия Мэн Цзинхуэя (Пекин) на сцене Театра Балтийский дом

Театральная олимпиада

Фестиваль Балтийский дом


Авангардный режиссер Мэн Цзинхуэй соединил в своем спектакле классику китайской литературы (пьесу Лао Шэ о чайной на окраине Пекина как о месте встреч разных судеб), собственные размышления о революции и эволюции, выжимку из «Сна смешного человека» Ф. Достоевского, песни и танцы, ориентированные на американскую музыкальную культуру. А также достижения мирового театра последних лет, от декламации обездвиженных актеров, просто сидящих на стульях и никак не вступающих во взаимодействие, до формалистского «как сделан спектакль» и обнажения всех приемов. Вертящееся колесо декорации кажется цитатой из спектакля одного из самых вдохновенных европейских режиссеров  Корнеля Мундруцо.

Все вместе создает интереснейший жизненный калейдоскоп, представляющий историю идей от древнего (дореволюционного) Китая до Китая послевоенного (даже японских коллаборационистов, официально —  изменников, предлагается рассмотреть и понять с человеческой точки зрения), от осторожной критики культурной революции и социалистических экспроприаций до гуманистического сознания европейски-ориентированного интеллигента. Если китайские интеллектуалы начали ставить такие спектакли, можно быть уверенным: коммунистической идеологии в Китае жить осталось недолго...