Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

"Безприданница" Дмитрия Крымова

Школа драматического искусства на сцене Театра «Балтийский дом»

20 октября

Фестиваль «Балтийский дом»


И это у нас называют искусством! 

Внутренняя гниль этой постановки ощущается еще до начала спектакля. Любят наши режиссеры написать заглавие в старой орфографии — и думать, что открыли Америку. Этот спектакль — не исключение. 

Знаменитая пьеса Островского поставлена Дмитрием Крымовым в стиле Камеди-клаба. Шутки и каламбуры определенного стиля с ограниченным набором интонаций; переходы от текста пьесы к современным речевым шаблонам и обратно; постоянное использование формалистского «как сделано» не столько для сценической рефлексии, сколько для зощенковского приема наложения низкого на высокое; композиционное мышление отдельными маленькими сценками (соединение их с соседними не всегда проходит удачно), нагнетание истерии и доведение изначальной ситуации до абсурда (очень заметно в монологе Ларисы, обращенной к Паратову) — ничего больше в спектакле нет. Пародия интересна, когда она порождает новые смыслы, когда же пародия создает лишь желание «поржать» — она скучна.  

Местами удивляешься, почему Паратова играет не Семен Слепаков (вариант: Бульдог Харламов), а Ларису не Наталья Андреевна из Камеди-уимен. Кстати, интонирует актриса очень на нее похоже. 

Что же скажешь о таком спектакле? Ну — прикольно. 

Collapse )

Открытие фестиваля "Дягилев P.S.". Посвящение Нижинскому

14 ноября

Балет Монте-Карло на сцене Театра Балтийский дом


Четыре балета «Русских сезонов» Дягилева, связанных с именем первого исполнителя — Вацлава Нижинского, составили программу балета Монте-Карло. 

Первым номером шел «Дафнис и Хлоя»в хореографии Жана-Кристофа Майо. Как обычно у этого большого хореографа, тонкость хореографических решений эротического танца (два па-де-де перетекают в одно па-де-катр) соединена с серьезной литературной и художественной культурой. Танец взаимодействует с линиями тел, которые некий художник выводит на белой стене декорации, и с символическими значениями русского Серебряного века (вторая пара: Доркон и Ликэнион — появляются на сцене крадучись, каждый с несколькими ликами, соединяя в себе героев романа Лонга, влюбленных соответственно в Дафниса и Хлою, и мифологических существ вроде Пана и нимфы, участвовавших в первой версии балета, созданной Михаилом Фокиным). Танцы двух пар протекают как бы в двух измерениях — людском и божественном; боги вмешиваются в жизнь людей, но терпят фиаско перед силой человеческой любви. Майо удалось передать настоящий античный дух, балет получился конгениальным фокинскому. 

Collapse )

Сыма Цянь

19 октября

Пекинский народный художественный театра на сцене Александринского театра

Театральная олимпиада


Исторический спектакль о китайском Геродоте — грандиозный китайский соцреализм, монументальная пропаганда. Великий человек всю жизнь пишет историю Китая; жена и дочь, а также весь род его в безмолвном восхищении наблюдают за его работой, а потом заучивают созданные тексты наизусть. 

Ради этого великого дела Сыма Цянь (Фэн Юаньчжэн — настоящий большой артист) готов терпеть позор, которому — незаслуженно! — подверг его император. Решения императора не обсуждаются, потому что преданность императору — одна из древних добродетелей. Тем более, что государь весьма дружески относится к Сыма Цяню — прямо как товарищ Сталин к товарищу Горькому. Когда надо — карает, когда надо — прислушивается к советам. Во всем Китае только и есть два мудреца: великий историк и великий император. 

Идеология, как водится, тщательно спрятана в исторические одежды, роскошные декорации и патриотическую идею. Между пафосными идеологическими фразами (соответствующе сыгранными — герои прямо-таки застывают в вечности, как древние скульптуры, расставленные на сцене) прописаны мелодраматические, лирические и комические эпизоды. Их актеры исполняют ярко и жизненно — потому что без талантливой актерской игры соцреалистический театр прожить не может: обнажится идеологическая арматура. 

Collapse )

Чайная

2 октября

Студия Мэн Цзинхуэя (Пекин) на сцене Театра Балтийский дом

Театральная олимпиада

Фестиваль Балтийский дом


Авангардный режиссер Мэн Цзинхуэй соединил в своем спектакле классику китайской литературы (пьесу Лао Шэ о чайной на окраине Пекина как о месте встреч разных судеб), собственные размышления о революции и эволюции, выжимку из «Сна смешного человека» Ф. Достоевского, песни и танцы, ориентированные на американскую музыкальную культуру. А также достижения мирового театра последних лет, от декламации обездвиженных актеров, просто сидящих на стульях и никак не вступающих во взаимодействие, до формалистского «как сделан спектакль» и обнажения всех приемов. Вертящееся колесо декорации кажется цитатой из спектакля одного из самых вдохновенных европейских режиссеров  Корнеля Мундруцо.

Все вместе создает интереснейший жизненный калейдоскоп, представляющий историю идей от древнего (дореволюционного) Китая до Китая послевоенного (даже японских коллаборационистов, официально —  изменников, предлагается рассмотреть и понять с человеческой точки зрения), от осторожной критики культурной революции и социалистических экспроприаций до гуманистического сознания европейски-ориентированного интеллигента. Если китайские интеллектуалы начали ставить такие спектакли, можно быть уверенным: коммунистической идеологии в Китае жить осталось недолго... 

Трилогия Т.Терзопулоса. "Анкор"

21 сентября

Театр «Аттис» (Афины) на Новой сцене Александринского театра

Театральная олимпиада


Обидно, но мастера хватило только на два спектакля. Завершающий трилогию опус, интриговавший своей эротической подоплекой (так было в объяснениях режиссера, которые, конечно, лучше совсем не читать, но хочется же что-то предположить заранее) — оказался пустым звуком. С самого первого момента и до самого последнего — ску-у-у-ка. Двое (поразивший в «Аморе» Антониос Мирягкос и исполнявшая Елизавету София Хилл) медленно движутся по выложенному на сцене белому кресту, берут в руки ножи, изображают совокупление, но все напрасно. Любой банальный текст де Сада рассказывает про Эрос и Танатос больше, чем спектакль Теодороса Терзопулоса, построенный на основе какого-то греческого стихотворения. Похоже, этот режиссер не умеет работать без текста, а текст сведен к одному слову — «Encore». Талант обоих артистов не спасает провальную режиссерскую задумку. Что ж, бывает. Жаль, что финал «испортил песню», как говаривал один персонаж Максима Горького.  

Трилогия Т.Терзопулоса. "Амор"

19 сентября

Театр «Аттис» (Афины) на Новой сцене Александринского театра


Вторая часть трилогии напоминает пьесу кого-нибудь из абсурдистов — «Счастливые дни» Беккета в сокращенном и упрощенном варианте. В какой-то распиленной металлической трубе на сцене сидит женщина в красном платье (Аглая Паппа, в первом спектакля ползавшая за Марию Стюарт), иногда видно только ее лицо, иногда она приподнимается — тогда виден торс, а поначалу и обнаженная грудь. В середине спектакля она исполнит что-то вроде фламенко, хотя ног до конца так и не покажут. Рядом на  косой дорожке стоит мужчина в костюме и парике (Антонис Мирягкос). Он сразу начинает считать — и будет считать до самого конца спектакля. Считать деньги. И биржевые индексы, и стоимость женщины, потому что женщина с первой фразы продается. И целиком, и по частям. Шевеля пальцами перед собой, артист достигает поразительной пластики, напоминая о жестах на старых счетных машинках, стоявших в кабинетах бухгалтеров. Затем он станет жестикулировать сильнее, напоминая биржевого брокера, то прижимающего к уху телефон, то выкидывающего руку, предлагающую новую ставку. Эти жесты все больше будут напоминать танец, гармонируя с фламенко из трубы (де профундис?). 

Collapse )

Анонс на новый сезон. БДТ в сентябре. Олег Басилашвили

18 сентября в БДТ планируется премьера спектакля «Палачи». С участием  Олега Басилашвили. 

Впервые с момента назначения Андрея Могучего худруком БДТ для Басилашвили ставится новый спектакль. Предыдущая премьера с участием этого артиста состоялась в декабре 2010 года, почти 9 лет назад. Сегодня актер играет всего в двух спектаклях. 

Поскольку Олег Басилашвили, на наш взгляд, в течение уже многих лет — лучший российский актер, — это событие исключительной важности.  

Советую не пропустить начало продажи билетов

"Волнение", пьеса Ивана Вырыпаева, в главной роли Алиса Фрейндлих

22 июня, 4-й спектакль премьеры (первый спектакль был в мае)

БДТ


Один из лучших спектаклей БДТ последнего десятилетия. 

Спектакль продолжается 1 час 20 минут: тонкая пьеса, блестящая игра А.Б.Фрейндлих и яркое исполнение остальных ролей держат пристальное внимание зала все это время. 

Пьеса Ивана Вырыпаева кажется написанной иностранным драматургом — настолько она актуальна в сегодняшней России и настолько же непривычна для сегодняшних российских подмостков. Это пьеса о подлинной независимости мышления, освобождающей человека не только от шор общественных идеологий, но и от всех наносных привязанностей. Пьеса Вырыпаева — гимн Личности, которой тесны всякие рамки: семьи, класса, народа, родины, привычно понимаемого гуманизма — потому что все это слишком банально. Знаменитая писательница Улья Рихте противопоставляет всему этому Миф, ибо он реальнее того, что принято называть реальностью.  

Алиса Фрейндлих в роли писательницы просто замечательна. Она играет человека внутренне свободного, и это ей поразительно удается: сбивчивая речь, скрывающая под собой глубокую художественную мысль, искренние интонации, ирония, открытость всем окружающим, внутренняя детскость, проявляющаяся, например, в любви к невинным мистификациям. Ее культурный аристократизм и внутренняя свобода подчеркнуты скованностью всех остальных персонажей, поскольку все они принимают правила игры, навязываемые обществом, а она от них давно ушла. 

Collapse )

Сны Босха

Театр-цирк «7 пальцев» (Монреаль, Канада) на сцене Театра Балтийский дом

Театральная олимпиада


Вот это представление понравилось мне больше, чем предыдущая «Донка». В целом оно короче, гимнасты здесь профессиональнее, а картины ярче. И, кроме того, помимо зрелищности, присутствует мощное интеллектуальное содержание. 

Эксплуатируется модная тенденция оживления классических картин, представления их в движении. Театр-цирк делает это очень профессионально, показывая в завидной графике кусочки картин Босха (преобладает «Сад земных наслаждений», но используются и другие картины) и помещая внутрь артистов и гимнастов. Несколько раз по сцене дефилируют разные чудовища, созданные великим художником, — по большей части милые. Тенденцию к нагнетанию ужаса постановщик Самюэль Тетро практически не использует — разве что в самом конце он показывает нам сцену горящего города из правой верхней части «Сада», ассоциируя это с сегодняшними локальными конфликтами. 

Сюжет организует некий профессор-искусствовед, который должен выступить в родном городе Босха Хертогенбосе, и его дочь, которая следит за папой по письмам и по телевизору. Кусочки выступления профессора, перебивающие живые картины, воздействуют на зрителя примерно так же, как объяснения экскурсовода — на широкую публику, впервые пришедшую в музей. Кроме того, на сцену (и даже в глубину картин) в нескольких эпизодах выводится Сальвадор Дали, который представлен — не без основания — эпигоном великого нидерландского живописца. 

Collapse )

"Сильвия": Терешкина - Аскеров

5 марта

Мариинский театр

Спустя четыре года после премьеры, решил пересмотреть «Сильвию» с самым сильным на сегодня составом исполнителей: Сильвия — Виктория Терешкина, Аминта — Тимур Аскеров, Орион — Константин Зверев. 

Все солисты хороши, танцуют с размахом и стараются украсить те партии, которые им достались по злой воле хореографа. Особенно интересна Терешкина, которая тщательно вытанцовывает все свои вариации. Без нее балет «Сильвия» — это страшная скука, как практически все сочинения Фредерика Аштона (о бездарнейшей компилятивности этой хореографии уже приходилось говорить).  

Совершенно неудивительно, что в театре много свободных мест. Удивительно, что единственная на сегодня мариинская прима-балерина танцует практически без поддержки зала. Обычно (так сложилось еще в девятнадцатом веке) у примы столь большая группа поклонников, что овация ей обеспечена на каждом выступлении, как бы она ни танцевала. Так было и с Лопаткиной, и с Вишневой. Я уж о Мезенцевой не говорю. А вот случай Виктории Терешкиной, похоже, особый. Один голос, кричащий «браво», да и то как-то неуверенно. Как будто на сцене не народная артистка России, а начинающая звезда.