evg_ponomarev (evg_ponomarev) wrote,
evg_ponomarev
evg_ponomarev

Categories:

Адаптация классики: Р.Р.Р. театра Моссовета

1 октября
Открытие фестиваля "Балтийский дом"

Фестиваль "Балтийский дом" открылся большой работой большого московского театра - спектаклем по роману Достоевского "Преступление и наказание". Заглавие "Р.Р.Р." - это Родион Романович Раскольников, имя главного героя. Яркий спектакль театра Моссовета как нельзя лучше отражает все удачи и неудачи современного российского искусства.


С одной стороны, спектакль выдержан в едином стиле, и стиль этот по-настоящему хорош. Вся сцена постоянно в движении - многоаспектное движение актеров усилено и оттенено движущейся декорацией (символичные петербургские мосты и мостики - древний символ пути, точнее, пути в иной мир), мизансцены решены просто, но профессионально, а некоторые блестяще (Свидригайлов, подслушивающий за стеной признание Раскольникова), проекция текста на экраны и актеров создает литературную атмосферу и обозначает наркотическую зависимость от текста (получается, что человеконенавистническая статья как бы отпечатывается на герое и тех, кто рядом с ним). И все это, повторюсь, тонко и в едином стиле. Режиссер Юрий Еремин - большой профессионал, и спектакль доказывает это неоспоримо.

С другой стороны, ужимая роман Достоевского для спектакля, сценарист Юрий Еремин не просто убирает дополнительных героев и побочные сюжетные ходы, а эдак "на дружеской ноге" правит писателя Федора Достоевского. Если как-то можно еще согласиться с тем, что Мармеладов стал проходной фигурой, вроде поручика Пороха, то смотреть на Соню Мармеладову - сухую деловую девицу, принимающую участие в действии постольку-поскольку, ну никак нельзя. Если можно как-то вынести франтовато-тупого Лужина, рассуждающего как выпускник ПТУ, то на такого же Свидригайлова (самого интеллектуального героя романа, между прочим) смотреть нет никакой мочи. Литературная провинциальность Еремина-читателя и слишком вольное обращение с классикой уже на уровне сценария делают спектакль жалкой пародией на Достоевского - жалкой, потому что и сценарист-режиссер, и актеры воспринимают это абсолютно всерьез. (Особенно забавно это выглядит на фоне статьи Сухорукова "Сотрудничество театра и литературы должно быть в талантливых руках".) Претензия сценариста распространяется и на других героев, он сознательно упрощает им характеры. Например, в последней сцене со Свидригайловым Дуня не стреляет из пистолета. Если она выстрелит, то перестанет быть фанерно-одноплановой, какой сделал ее Еремин. Такая же она и в предшествующих сценах: например, на чаепитии с Лужиным. А вот у Достоевского Дуня - девушка с характером. И на игровую адаптацию, если что, кивать нечего. Например, в фильме Кулиджанова Дуня очень хороша и вполне аутентична в исполнении Виктории Федоровой (дочери Зои Федоровой).

И в идейном плане Еремин мало разобрался в тексте Достоевского. Начиная спектакль статьей "О преступлении", он вроде бы резонно выстраивает драматический текст от идеи Раскольникова - центра романа. Но вот идеи прочих героев, окружающих Раскольникова и отчасти разделяющих, отчасти полемизирующих с идеей Раскольникова, в спектакле просто отсутствуют. До изложения идей Свидригайлова дело не доходит (все сведено к обсуждению вопроса о призраках - частному вопросу в свидригайловской системе мыслей), идея Лужина ограничена одним коротким предложением (вместо большого и содержательного разговора, который ведут Раскольников, Лужин и Разумихин в романе), а Разумихин вообще оставлен без идеи и превращен в такую же фанерную фигуру, как и Дуня Раскольникова. Это при том, что именно Разумихин в романе высказывает основные мысли, выстраивающие полемику с социалистической теорией а ля Чернышевский. При таком упрощении сюжет Достоевского теряет все черты философского романа. Так что не особенно удивляешься, когда в начале второй части спектакля - переделкой одной лишь сцены - "Преступление и наказание" превращено в банальный детектив, вроде творений Александры Марининой. Вместо сложного возвращения Раскольникова на место преступления (которое в романе дублируется потом еще и во сне) оказывается, что главный герой попросту забыл во время убийства серебряный портсигар, на котором написано "Р.Р.Р.". У Порфирия Петровича есть железная улика. Эх, не дожил Федор Михайлович до интерпретации господина Еремина. А то бы понял, что надо проще, проще...

Актерские работы оказываются "упрощенкой" просто как результат работы сценариста. Артисты вроде бы даже неплохо играют. Но поскольку их заранее выпилили из фанеры, то где им попробовать сделать что-то отличное от Евгения Лебедева (Мармеладов у Кулиджанова), Ефима Копеляна (Свидригайлов у Кулиджанова), Майи Булгаковой (Катерина Ивановна у Кулиджанова), Иннокентия Смоктуновского (Порфирий Петрович у Кулиджанова). Из Порфирия Петровича Еремин делает одного из главных героев романа - забирая для него множество функций у Сони Мармеладовой. Среди "достоеведов" (самоназвание литературоведов, специализирующихся на творчестве Достоевского) есть немало тех, кто трактует Порфирия Петровича в качестве Сони номер два: не исключаю, что Еремин с кем-то из них поговорил. Но никто, полагаю, даже из них не скажет, что Порфирий в возрождении Раскольникова сыграл роль важнее Сони. Так что такая - в духе времени - полицейская трактовка "наказания" у нас получается. Исповедником выступает пристав следственных дел - по тексту он, кстати, лет тридцати пяти. А здесь умудренный опытом добрый старый вояка. Виктор Сухоруков, безусловно, играет лучше всех. Но не без учета амплуа - Сухоруков во всех киноролях человек с прибабахом. Здесь он тоже с прибабахом, но очень умный и добрый. Ему даже веришь (ибо играет он с душой, несколько разламывая фанерный рисунок роли, но ему, в отличие от остальных, разрешили соединить два фанерных амплуа: честный полицейский-солдафон и добрый дядя) - но это если Достоевского никогда не читал. Беда еще в том, что в фильме эту роль сыграл Смоктуновский - актер, из которого даже Еремин не смог бы сделать фанеру.

Вот и получается общий диагноз: при внешнем профессионализме, унаследованном от учителей, сегодняшний русский театр по-прежнему страдает от общей некультурности сценаристов, режиссеров, артистов. Им бы Михаила Бахтина, что ли, почитать. Не говорю о том, что хороших литературоведческих работ о Достоевском написано выше крыши. Но у нас каждый московский режиссер считает, что не для него это написано. Потому что он и сам Достоевского читать умеет.
Tags: Виктор Сухоруков, Р.Р.Р., Юрий Еремин, фестиваль Балтийский дом
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments