evg_ponomarev (evg_ponomarev) wrote,
evg_ponomarev
evg_ponomarev

Category:

Кукольный дом

14 марта
Приют комедианта
По Генрику Ибсену

Спектакль не случайно привлекает много внимания. Спектакль неоднозначный и провокационный. Если Додин ставит ибсеновского "Врага народа" в честь юбилея Станиславского, то Юрий Квятковский ставит другую пьесу Ибсена так, как будто Генрик Ибсен - это молодой современный драматург.

"Приют комедианта" - площадка экспериментальная, очень разнообразная и очень творческая, за это мы ее и любим. Так что традиционной постановки Ибсена никто не ожидал. Но "Кукольный дом" бьет все рекорды провокативности, напоминая нашумевший на этой же сцене спектакль Андрея Могучего "PRO Турандот".
Прежде всего переосмыслена сама идея кукольного дома. "Порядочный" дом конца 19 века, превращающий человека в куклу, подан на сцене в ультрасовременном формате "умного дома", много рекламируемого и продаваемого рядом, в офисах Сенной площади. Этот модерновый поворот вполне укладывается в ибсеновскую идею, так что спектакль с первых минут становится многоплановым: перенося действие в неопределенное, но жестко организованное будущее (слегка напоминающее "Пятый элемент"), режиссер предлагает нам оценить сверхактуальность классики. Кроме того, элементы "умного дома" (выезжающая по хлопку в ладоши барная стойка, открывающаяся посреди комнаты ванна, наконец, огромный компьютер, организующий всю домашнюю жизнь и даже заменяющий виртуальным живое общение с детьми) не только поразительно расширяют небольшую сцену, но и добавляют действию положительную прикольность, за которой не теряется философский подтекст: технократическая цивилизация губит душу. Сценография и декорация (художник-постановщик Полина Бахтина) - наверное, выдающееся достижение этого спектакля. Видеопроекции используют выезжающую плоскость слева, чтобы показать лифт, а теряющийся в любом театральном пространстве верх над сценой занят видеоизображением ног только что ушедших персонажей, создавая иллюзию второго этажа.
Ибсеновский сюжет соблюден довольно строго, хотя амплуа действующих лиц слегка упрощены - для соответствия замыслу. Играют актеры на манер роботов - напоминая о том, каким хочет видеть человека роботодатель работодатель будущего. По-видимому, режиссерский замысел состоит в том, чтобы начисто убрать душу из каждой сценической фигуры. Переживания фигур выражаются либо в песнях а ля караоке, которые поет каждый в сложные минуты своей жизни, либо в механизированных танцах, либо просто в механических движениях: так, в финале Торвальд, как бы потрясенный уходом жены, встает на тренажер и начинает псевдопробежку.
Кроме того, рядом с мертвыми персонажами режиссер показывает нам живые души актеров - используя киноприем "новой волны": в промежутках между ибсеновскими сценами невидимый интервьюер как бы проводит открытую репетицию с каждым из пяти артистов, пытаясь вытащить из них нужные эмоции. По сути, он задает всем пятерым один и тот же вопрос: а было у тебя в жизни что-то похожее? А как ты это переживал? Здесь, кажется, что-то начинает буксовать - прежде всего от длиннот (каждое интервью длится минут 10). Но главная причина, похоже, в слишком сложной конструкции спектакля. Режиссер хочет импровизации, а импровизация большей частью не получается. Идет третий или четвертый спектакль, но актеры уже привыкли произносить свой текст, и имитируемое заикание, сленг, матерок никак не помогают сделать речь неусловной, живой. Только в последней исповеди Норы (Ольга Обуховская) удалось уловить какой-то импровизационный момент: записанный следующий вопрос режиссера не совпал с произнесенным до этого текстом актрисы. Часто истории, рассказываемые актерами, напоминают старые анекдоты, нередко создается ощущение нагнетаемого привирания, так что станиславское "не верю" вырисовывается само собой. Живее всего ведут себя перед камерой Илья Дель (доктор Ранк; у него, наверное, самая выигрышная роль) и Светлана Обидина (Фру Линне).
Песен и танцев тоже слишком много, на каком-то этапе они тоже начинают утомлять однообразием.

Но главной неудачей можно посчитать все то же сознательно сделанное режиссером структурное противоречие. "Кукольный дом" с его более чем столетней традицией нельзя играть откровенно лажово. История русского театра не позволяет. А местами артисты играют именно лажово - вероятно, выполняя режиссерский замысел. Ведь первой Норой на русской сцене была М.Г.Савина. Ведь Мейерхольд ставил пьесу несколько раз. И так далее. На каком-то этапе блестящая режиссерская задумка начинает противоречить сути сюжета и произносимого текста. Мы так и не понимаем к концу, чего ж они все так стремаются. Тут сталкиваются сила и слабость спектакля. Экспериментальный спектакль, одним словом. Очень интересный. Но не слишком цепляет, а мог бы и должен.IMG_2492IMG_5049
Фотографии Виктора Васильева любезно предоставлены "Приютом комендианта"
Tags: Ибсен, Илья Дель, Кукольный дом, Ольга Обуховская, Полина Бахтина, Приют комедианта, Светлана Обидина, Юрий Квятковский
Subscribe

  • Кармен

    Начинаю рассказ о небольших берлинских каникулах... 10 января Deutsche oper, Berlin Спектакль оперного театра западного Берлина представлял…

  • Кармен

    17 июля Михайловский театр Громкая оперная премьера Михайловского театра в очередной раз обернулась тихим пшиком: гора родила мышь. С уходом…

  • Хосе Кура

    16 июня Большой зал Филармонии Несколько лет не заходил на концерты фестиваля "Дворцы Петербурга", ибо ничего интересного там для себя не видел.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments