evg_ponomarev (evg_ponomarev) wrote,
evg_ponomarev
evg_ponomarev

Categories:

"Ромео и Джульетта" Фредерика Аштона. Осипова-Васильев

Закрывая театральный сезон, переехал в Англию и провел интенсивный уик-энд, о котором и расскажу.

15 июля
Театр «Колизей», Лондон

Фредерик Эштон создал предельно скучную хореографию, скучнее Макмиллана. Однообразные классические движения, однотипные и повторяющиеся, скорее пародируют традицию классического балета, чем развивают его. Иногда смотреть до зевоты скучно, как было когда-то на постановках Кирилла Симонова. Только Симонова благополучно сплавили в Петрозаводск, а вот Эштона сплавить некуда, ибо, во-первых, умер, а во-вторых, считается выдающимся английским хореографом. Данная постановка в «Колизее» обставлена как некий омаж великому маэстро. Перед началом на сцене висит большой портрет, программка рассказывает о том, что нам предлагается первое в двадцать первом веке восстановление балета, предпринятое Петером Шауфусом. Впрочем, слабость хореографии возможно чувствовал и постановщик, пригласивший на все спектакли (балет идет всю неделю подряд, более семи раз) Ивана Васильева и Наталью Осипову.
Именно так, Иван идет впереди и на афишах и в программе, ибо балет Эштона ориентирован безусловно на мужской танец. Точнее, на технику артиста, исполняющего Ромео. Иван демонстрирует все свои плюсы: и прыжок, и вращение, и круги. Впрочем, не особенно напрягаясь, ибо сцена лондонского Колизея для постановки «Ромео» сильно уменьшена, больших серий прыжков и сложных трюков - а ля постановки Нуриева - здесь нет. Джульетта же в этом балете напоминает советскую комсомолку, страстную, искреннюю и простую. Танцевать ей в принципе нечего, кроме двух-трех моментов, все остальное идет на красивых позах и эффектных пробегах по сцене. Актерской игрой при таком решении роли тоже зрителей не побалуешь.
Наташа тут поступила интересно. С одной стороны (особенно вначале), она отдается рисунку роли, придуманной хореографом, так как «дурочка с переулочка» – это, как известно, ее давнее и любимое амплуа. С другой стороны (особенно в последней части балета: второй, он же последний, акт начинается здесь с ночной сцены перед изгнанием), она вдруг начинает играть страстного юного подростка, с угловатыми движениями и преувеличенными реакциями, не находящего общего языка с родителями. Полагаю, что этого у Эштона нет, что это находка талантливой Наташи – ибо надо же хоть что-то сделать с этим бездарным хореографическим материалом.
Из всех классических цитат (например, в последней сцене Ромео на всякий случай закалывает Париса; спор двух парней за мертвую возлюбленную прикольно отсылает к «Жизели») запомнился платок Джульетты, придуманный, как известно, Лавровским. Если у Лавровского балерина несется с ним по авансцене, торопясь к Лоренцо (одна из самых эффектных сцен балета, поражающая прежде всего гениальной простотой решения), то здесь она, кроме нескольких пробегов, много с платком танцует. И в общем, в случае Наташи, получается неплохо. Но в целом же, лучше всего смотрится в этом балете Тара Шауфус (родственница постановщика? И в Англии без блата не обходится!), исполняющая роль подружки Меркуцио. Звезд она с неба не хватает, но танцует добротно-плотненько, идеально попадая в те нехитрые движения, которые придумал хореограф. А самый громкий аплодисмент срывает совершенно чудовищное мужское фуэте. Нет, не Васильева, а какого-то Робина Бернадета, который вообще его делать не умеет. Что ж, братцы, Англия балетом не избалована.
Tags: Аштон, Иван Васильев, Лондон, Наталия Осипова, Наталья Осипова, Ромео и Джульетта, Эштон, иван васильев, наталия осипова, наталья осипова
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments