evg_ponomarev

Category:

Все тут. Спектакль Дмитрия Крымова

24 октября. 

Театр «Школа современной пьесы» (Москва) на сцене Театра Балтийский дом

Фестиваль «Балтийский дом»


Второй спектакль Дмитрия Крымова, на наш взгляд, куда интереснее первого. Потому что рассказывает о том, что постановщику на самом деле дорого. О его семье — великом отце (Анатолий Эфрос) и знаменитой матери (театральный критик Наталья Крымова), а также о пьесе Торнтона Уайлдера «Наш городок» (Our town, 1938), которую Крымов-студент увидел в исполнении американской труппы и которая запомнилась ему навсегда. А также о эфросовском завлите Нонне Скегиной —  по-видимому, очень близком человеке для всей семьи Крымова.  

Пьеса Уайлдера становится каким-то «родным текстом» для Дмитрия Крымова (как когда-то роман Толстого «Воскресение» стал  «родным текстом» для всей семьи Пастернаков), он очень ярко ставит три сцены «Нашего городка» (второй отрывок идет с грузинским колоритом — воспоминание о труппе Резо Габриадзе), разбавляя их колоритными монологами Нонны Скегиной — она рассказывает об Эфросе, основных этапах его творчества (совершенно умалчивая, впрочем, как и положено апологету, о не слишком красивой истории, связанной с работой Эфроса в Театре на Таганке — после Любимова) и откровениями автобиографического героя. Отдельными вставками даны рассказ о деде и бабушке Крымова (заслуженном чекисте и героине гражданской войны; они даны в чисто человеческом измерении, оценка их жизненной деятельности остается за кадром), а также трогательный рассказ о том, как Скегина завещала развеять ее прах над могилой Эфроса и сын режиссера выполнил ее последнюю волю. Совершенно лишним эпизодом кажется якобы сцена из брошенного спектакля (больше похожая на номер капустника) «Чехов встречает Соньку Золотую Ручку на Сахалине». 

Если вырезать сцену о Чехове (высокий рост обыгрывается одеванием двух артистов в одно пальто — наподобие Врунгеля с Фуксом), где писатель большей частью молчит и корчит глупые рожи, а Сонька несет ахинею на фене и уверяет писателя, что читала все его произведения (в списке — преимущественно те, что написаны после Сахалина), а под конец предлагает новеллисту писать пьесы — чуть не для нее, то замысел спектакля кажется весьма последовательным и убедительным. Семейные воспоминания Крымова проникают вглубь и растворяются в сюжете уайлдеровского «Нашего городка». «Все тут» — фраза из Уайлдера, она подводит итог жизни героев: все они лежат на городском кладбище. Семья Крымова тоже «вся тут» — на московском кладбище и в этом спектакле. Воспоминания о матери и отце оказываются одновременно воспоминаниями об истории театра XX века, куда равно входят и Эфрос и Уайлдер. 

Постановка — вся какая-то живая. Особенно мило, когда по сцене начинают ездить игрушечные машинки, изображая интенсивное движение на площади Маяковского, а в зал вылетают из разбивающегося окна живые голуби. Мертворожденной кажется только сценка про Чехова. Ярко играют артисты, каждый из которых перевоплощается по несколько раз. Особенно выделяется Мария Смольникова в роли Нонны Скегиной и в роли Соньки (в последней, впрочем, она часто сбивается на Ларису из «Безприданницы» — то же амплуа). 


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded