evg_ponomarev

Categories:

"Преступление и наказание" Константина Богомолова

2 февраля

Приют комедианта

Спектакль решен в камерном формате как серия монологов-диалогов. Пригласив нескольких больших артистов, режиссер добивается от монологической речи исключительного эффекта: слушать персонажей Достоевского по-настоящему интересно. Они говорят просто и доходчиво (бытовые интонации — принципиальная режиссерская задумка) — так, что местами пробирает настоящее человеческое сострадание.  Петербургская публика, обычно скучающая от классической простоты, слушает с большим напряжением и аплодирует после каждого монолога. 

Этому способствует и яркий выбор артистов. Раскольникова играет Дмитрий Лысенков, традиционно воспринимающийся публикой как стебок и ниспровергатель основ; Свидригайлова — Валерий Дегтярь, артист весьма разнообразный и сложный, Порфирия Петровича (и тут неминуемо возникает улыбка) — Александр Новиков, известный всей стране по роли Курочкина из «Тайн следствия», Мармеладова — Илья Дель, произносящий монолог просто блестяще: все ужимки и интонации пропойцы, но ни малейшего намека на дешевые штуки вроде заплетающегося языка или заплетающихся ног. Артисты молодые — Алена Кучкова (Пульхерия Александровна) и Мария Зимина (Дуня Раскольникова) тянутся за звездами и играют тоже очень хорошо, особенно Алена Кучкова, монологом которой начинается спектакль. 

С другой стороны, Константин Богомолов, придав спектаклю«предельную простоту», никак не может совсем обойтись без китча. Лужин (Алексей Ингелевич) у него все время молчит (у Достоевского — это самый болтливый персонаж) и вообще оказывается карликом. Это чтобы мы поняли, какую жертву приносит Дуня? И зачем понадобилось выдавать за него Дуню — единственный раз за весь спектакль переписав сюжет Достоевского? А Соня Мармеладова в исполнении очень высокой Марины Игнатовой — видимо, должна оказаться противовесом карлику Лужину? Тот факт, что Игнатова — уже не совсем молоденькая девушка, для меня перечеркнул все монологи/диалоги Сони. Уверенные интонации опытной школьной учительницы настолько не соответствуют тексту, который актриса произносит, что уже в первом действии (всего их три) возникает ощущение затянувшейся и несмешной шутки. Наконец, избитая музыка из так сказать советской классики, включая вальс из фильма «Мой ласковый и нежный зверь» и особенно песню из фильма «Служебный роман», не идет далее курьеза. 

Столкнувшись с простотой, китч уничтожает простоту. Первое действие кажется очень ярким, второе поскучнее, на третье же жалеешь, что остался. Монологи на одной интонации не позволяют героям развиваться — и не случайно в третьем действии Дегтярь начинает мямлить, как будто забыл текст, а Новиков вздыхать и повторять по несколько раз одно и то же. Тем более, что эффектнейшую сцену между Дуней и Свидригайловым сценарист глупо обрезал, сцена Сони и идущего признаваться Раскольникова отдает буффонадой, а спектакль обрывается признанием Раскольникова — хотя до финала романа еще далеко. Кажется, что режиссер сам устал от придуманного им однообразия и решил оборвать все разом, как Раскольников. 

Нет, я предпочитаю у Богомолова голый китч, как в «Лире». Соединение далековатых стилистик ему никак не дается.    

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded