evg_ponomarev

Categories:

"Чародейка" Чайковского в Мариинском театре

30 января

Новая сцена

Опера «Чародейка» кажется сочинением раннего Чайковского, хотя хронологически — это одна из поздних опер композитора, созданная после «Евгения Онегина» и «Мазепы». Такому впечатлению способствует и либретто Ипполита Шпажинского (на основе трагедии того же Шпажинского) с развесистым сентиментальным сюжетом и совершенно невозможной лексикой, претендующей на древнерусскость. Вторичность оперы подчеркнута и постановщиком Дэвидом Паунтни, построившим на сцене при помощи декораций (салон девятнадцатого века) и костюмов (мундиры девятнадцатого века и платья со шлейфами) нечто подобное «Травиате». И впрямь, история чуть не та же: отец, сын и куртизанка. 

Хороши были, собственно, два вокалиста: Владислав Сулимский в роли князя и Елена Стихина в роли Настасьи. Если Сулимский просто блестящ (положительный итог вечера: мне удалось обогатиться еще одной его ролью, совершенно новой для меня), то Стихина по-прежнему производит впечатление не до конца обработанного алмаза: очень хочется, чтобы Риккардо Мути с ней хоть немного поработал. Впрочем, мелодический и интонационный строй оперы показался столь же сбивчивым, как и повороты сюжета.  

Добавлял колорита огромный школьный класс, заполнивший все пространство передо мной. Какой светлый педагогический ум решил, что «Чародейка» — подходящий спектакль для старшеклассников (самых обыкновенных, не из школы искусств), ума не приложу. Если первую половину оперы дети еще пытались вести себя более или менее прилично, то на время после антракта их уже не хватило. Они откровенно мучились, втыкали в телефоны, громко болтали, то и дело выходили в туалет. 

И вот этот момент, пожалуй, совершенно мне не ясен. Почему в Мариинском театре одни правила, когда дирижирует Гергиев (тогда во время спектакля войти можно только на балкон) — и когда дирижирует Заурбек Гугкаев (кстати, весьма неплохо).  Почему дирекция позволяет возвращаться в зал вышедшим? Почему можно войти даже в партер, не говорю уж о бельэтаже? Так театр превращается в провинциальную лавочку. 

Не говорю и о тех ни в чем не виноватых людях, кто заплатил за места, оказавшиеся рядом со школьниками. Людям этим следовало вернуть полную стоимость билетов. Дирекции стоит продумать эти вопросы: кто контролирует поведение школьников во время спектакля? Учителя не справляются, да и сами болтают во время исполнения. Девушки на этаже заниматься этим явно не хотят. Но кто-то же должен!

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded