evg_ponomarev

Category:

Концерт Чикагского симфонического оркестра

14 декабря

Симфонический центр, Чикаго


Чикагский симфонический оркестр, входящий в американскую «большую пятерку» и обычно включаемый в десятку лучших оркестров мира, в декабре играет без художественного руководителя — Риккардо Мути. Я выбрал программу с более или менее знакомым дирижером (Манфред Хонек) и беспроигрышным содержанием.

Первым номером шло сочинение Мэйсона Бэйтса — очень продуктивного современного композитора, пишущего для крупнейших музыкальных коллективов Америки. В настоящее время он композитор «in residence» Кеннеди Центра в Вашингтоне (в нем совместно квартируют оперный театр и симфонический оркестр), ранее был композитором «in residence» Чикагского оркестра. Его первая опера «(Р)еволюция Стива Джобса» поставлена в 2017 году в Опере Санта Фе. Близится целый ряд громких премьер Бэйтса — например, Чикагский оркестр в марте исполнит его большое сочинение «Philharmonia Fantastique». В этот раз прозвучало сочинение малое — под заглавием «Resurrexit», написанное в прошлом сезоне для Питтсбургского оркестра. Как и название оперы, заглавие постмодернистски-интеллектуально: оно соединяет слова «Resurrection» (воскресение из мертвых) и «Exit» (выход). Музыка по-настоящему интересна: первая медленная часть кажется общим местом авангарда ( в духе Шнитке-Губайдулиной), но затем из нее вырастает мощная позднеклассическая энергетика, сопоставимая с некоторыми сочинениями Прокофьева или Бриттена. Бейтс, похоже, куда более традиционен, чем Филипп Гласс, но использует в оркестре и нетрадиционные инструменты — ударник, например, бьет деревянными молотками по деревянным листам (символизируя нечто гробовое — заколачивание гвоздей или разрушение крышки? Или просто создавая какой-то музыкальный аллюр?). На поклон композитор вышел вместе с дирижером. 

Вторым номером исполняли фортепианный концерт Моцарта № 21. Оркестр был очень хорош, а вот солист Ян Лисецкий (сорвавший мощнейшую овацию), кажется, Моцарта понимает мало. Как многие уже выросшие вундеркинды, он пытается продолжить удивлять публику не только беглостью пальцев, но и новизной интерпретаций. Используя при этом свою, по-видимому, постоянную фишку — проникновенные короткие паузы, напоминающие вздохи, — чуть сбивающие общий темп, но вдохновенно подчеркивающие нужные ноты. Определенно вынес он это из Шопена, которого очень много играет по миру и прежде всего в Польше, но для Моцарта такие вещи совершенно не приемлемы. В результате он делает из Моцарта невозможное: какое-то «домашнее музицирование», местами напоминающее старательного ученика музыкальной школы, местами —  Александру Пахмутову за роялем.  Шуберт, исполненный на бис, показался много лучше — потому что тут фишка пригодилась. 

Во втором отделении Манфред Хонек исполнял Иоганна Штрауса, начав с увертюры к «Цыганскому барону», а потом несколько полек и один вальс. Среди полек Штрауса-младшего прозвучала и полька Штрауса-старшего: если бы не программа, думал бы, что композитор один. Попсовость программы с лихвой искупила яркая интерпретация каждого сочинения: дирижер то непривычно выделял одну из групп инструментов, то подчеркивал какие-то украшения, то непривычно играл на разнице темпов (как сделал когда-то Караян с Венгерскими танцами). К этому стоит добавить великолепную сведенность оркестра и высоко профессиональное звучание. 

Так что предрождественский симфонический концерт у меня уже был. В Вену можно не ехать)  

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded